Проснуться драконом - Страница 19


К оглавлению

19

Так дело не пойдет, мне ведь могут и запретить общаться с прислугой или же они сами этого не захотят, если поймут, что от меня слишком много неприятностей. Совсем не годится, возникнут проблемы с обучением языку, да и общения все же хочется, а поскольку выходить из дома мне нельзя, общаться возможно только со слугами.

Так, надо Ингельда срочно отвлечь, пока он не успел ни на что рассердиться. И зачем он вообще сюда пришел? Не хозяйское это дело – по кухням ходить!

Быстро перелетаю со стола на плечо Ингельда – кстати, тот еще маневр, успеть сложить крылья и приземлиться, не вцепляясь в человеческую плоть когтями – и пытаюсь по-кошачьи потереться об его щеку. Ой нет, рожки! Ладно, меняем план, обнять за шею лапами. «Мур». Получилось скорее что-то между курлыканьем и урчанием, но тоже неплохо. Ингельд снял меня с плеча и машинально почесал между рожками. Ну что ж, можно считать, сработало. Были сомнения, все же он не производит впечатления сентиментального человека, умиляющегося, глядя на пушистого котенка или толстолапого щенка. А я именно на это ставку и делала.

Ингельд развернулся уходить, когда нам вслед в полной тишине что-то сказал жалобный детский голосок. Я разобрала только слово «игра», но догадаться, о чем речь, было не столь уж сложно. Девочка спрашивала, сможем ли мы еще поиграть. Храбрая, кроме нее, никто больше не решился заговорить в присутствии хозяина. Я подергала Ингельда за рукав и, дождавшись, когда он обратит на меня внимание, состроила максимально просительную мордочку с жалобными глазами и даже лапки сложила в молитвенном жесте. Вся моя поза явственно выражала лишь одно: «Ну пожа-а-алуйста!»

Ингельд улыбнулся:

– Ладно, можешь играть с детьми. А сейчас мы едем во дворец.

Закончив с отчетом, советник устало расправил плечи, с хрустом размял шею и удовлетворенно откинулся на спинку кресла. Бумажная работа никогда не была для него чем-то тяжелым, Регди обладал усидчивым и ровным характером, долгое занятие чем-то однообразным его не нервировало. Хотя часть подобной работы все же брал на себя секретарь, прикрепленный к советнику во дворце. Но личные бумаги Ингельд ему не доверял.

Что ж, с письмами он закончил, с отчетом его величеству тоже. Пожалуй, пора и дворец посетить, прав Асмунд. И ежевечерний прием для этого подойдет как нельзя лучше: его величество там бывает редко, зато большинство придворных малый прием стараются не пропускать. Никакой работы, лишь показаться в обществе, послушать сплетни, чтобы знать, чем нынче живет двор, даже двухдневное отсутствие в его случае уже много, и, да, продемонстрировать наличие фамильяра. С этим не стоит медлить, поскольку завтра фамильяра придется представить его величеству. Такую новость король ни в коем случае не упустит, и значительно лучше, если ее донесут до него придворные вместе с разработанной уже легендой, которую сегодняшним вечером советник аккуратно запустит в общество с помощью некоторых сплетников.

Неторопливо переодеваясь в изукрашенный золотой вышивкой камзол и пристегивая к поясу парадный меч (не такая уж и бесполезная игрушка, как выглядит) в нарядных ножнах, он обдумывал, кого из придворных сплетников стоит использовать для своих целей и что именно говорить. Легенда уже проработана, но нелишне повторить в уме, все же покупка фамильяра у браконьеров – поступок исключительно незаконный, здесь нельзя ошибиться или сказать нечто компрометирующее. Именно сейчас, когда все так удачно складывается, советнику совсем не хотелось отправиться в изгнание. Или просто махом лишиться должности, если король проявит снисходительность в связи со смягчающими обстоятельствами.

Собрался советник привычно быстро и без помощи слуг. Он вообще не слишком любил посторонних в своих личных покоях. Кроме старого дворецкого, к которому Регди привык с детства, и столь же немолодой служанки, следящей за порядком, сюда больше никто не допускался.

Со сборами было покончено, а вот теперь предстояла непростая задача – найти непоседливого фамильяра, опять исчезнувшего в неизвестном направлении. Регди сам себе не смог бы объяснить, почему он не приказал найти дракончика кому-то из слуг, а отправился на поиски самостоятельно. Наверное, ему было просто любопытно своими глазами увидеть, куда успела сунуть свой любопытный чешуйчатый нос Кэт.

До кухни он добрался, пожалуй, больше благодаря интуиции, чем понимая, где следует искать фамильяра. В служебных помещениях дома или на половине для слуг он был в лучшем случае дважды. Впрочем, в какой-то момент советник уже шел на шум и громкий смех, поддавшись любопытству, и успел как раз к моменту шалости с юбкой служанки и срывания колпака с повара. Сразу его не заметили, однако, когда все же заметили, Регди испытал некоторую досаду. Наблюдать за фамильяром было занимательно, уж во всяком случае гораздо интересней, чем общаться с придворными во дворце.

Кэт, видимо решив, что ее сейчас будут ругать, начала активно подлизываться, при этом состроила такую невинную и в то же время хитрую мордашку, что советник едва удержался, чтобы не рассмеяться. Чего только стоили молитвенно сложенные лапки и умоляющие глаза. Умный и сообразительный фамильяр у аристократов всегда был предметом гордости, не говоря уж о том, что можно приобрести определенный вес в «клубе драконовладельцев», образовавшемся при дворе с легкой руки его величества. Регди уже успел прикинуть, какие дивиденды можно получить от вступления в это закрытое сообщество, куда принимали лишь тех, у кого есть фамильяр, и никак иначе.

19